Глава 9. Толкование зверей из Апокалипсиса

Разбирать «малое время», с одной стороны, просто, потому что мы являемся его современниками, с другой стороны,   сложно, потому что часть предсказанного еще не открылась и остается сокровенной. Рассмотрев образы зверей из пророчества Даниила, мы приходим к выводу, что два образа («как лев» и «как медведь») являются уже свершившимися событиями, а другие два («подобный барсу» и «страшный четвертый») еще не открыты.

Для того чтобы подтвердить наше предположение о том, что видение Даниила относится к новозаветной истории, давайте более подробно рассмотрим зверей, которые были показаны в пророческом видении Иоанну Богослову, и попытаемся разобраться с тем, что они обозначают.

В Откровении встречается четыре звериных образа, которые могут быть отнесены к вражеской силе: дракон, зверь, выходящий из моря, зверь, выходящий из земли (с рогами подобными агнчим), и зверь, на котором восседает блудница-Вавилон. Рассмотрим эти образы подробнее.

1) Дракон

«И другое знамение явилось на небе: вот, большой красный дракон с семью головами и десятью рогами, и на головах его семь диадим. Хвост его увлек с неба третью часть звезд и  поверг их на землю. ...И произошла на небе война: Михаил и ангелы его воевали против дракона, и дракон и ангелы его воевали против них, но не устояли, и не нашлось уже для них места на небе. И низвержен был великий дракон, древний змий, называемый диаволом и сатаною, обольщающий всю вселенную, низвержен на землю, и ангелы его низвержены с ним» (Откр. 12:3—9).

Характеристики образа

Большой красный дракон [«змий велик чермен»].

Семь голов и десять рогов.

Диадимы [«венец»] — числом семь — на головах дракона.

В тексте однозначно сказано, что данный зверь есть сатана. Но показан он был Иоанну, по всей видимости, не в собственном виде, а в виде аллегории. Множество голов, рогов и венцов, несомненно, несет в себе некий сокровенный смысл.

2) Зверь, выходящий из моря

«И стал я на песке морском, и увидел выходящего из моря зверя с семью головами и десятью рогами: на рогах его было десять диадим, а на головах его имена богохульные. Зверь, которого я видел, был подобен барсу; ноги у него — как у медведя, а пасть у него — как пасть у льва; и дал ему дракон силу свою и престол свой и великую власть. И видел я, что одна из голов его как бы смертельно была ранена, но эта смертельная рана исцелела. И дивилась вся земля, следя за зверем, и поклонились дракону, который дал власть зверю, и поклонились зверю, говоря: кто подобен зверю сему? и кто может сразиться с ним? И даны были ему уста, говорящие гордо и богохульно, и дана ему власть действовать сорок два месяца. И отверз он уста свои для хулы на Бога, чтобы хулить имя Его, и жилище Его, и живущих на небе. И дано было ему вести войну со святыми и победить их; и дана была ему власть над всяким коленом и народом, и языком и племенем» (Откр. 13:1—7).

 

Характеристики образа

Зверь (уже не дракон), выходит из моря.

Семь голов и десять рогов (сопоставим с сатаной-драконом).

Диадимы — числом десять — на рогах (в отличие от семи диадим для семи голов сатаны-дракона).

На головах — имена богохульные.

Даны уста для хулы на Бога и живущих на небе.

Имеет черты барса, медведя, льва.

Имеет от дракона власть, престол его, силу дракона.

Одна из голов как бы смертельно ранена, но исцелена.

Имеет власть победить на короткое время даже святых, а также все народы и племена.

3) Зверь, выходящий из земли

«И увидел я другого зверя, выходящего из земли; он имел два рога, подобные агнчим, и говорил как дракон. Он действует перед ним со всею властью первого зверя и заставляет всю землю и живущих на ней поклоняться первому зверю, у которого смертельная рана исцелела; и творит великие знамения, так что и огонь низводит с неба на землю перед людьми. И чудесами, которые дано было ему творить перед зверем, он обольщает живущих на земле, говоря живущим на земле, чтобы они сделали образ зверя, который имеет рану от меча и жив. И дано ему было вложить дух в образ зверя, чтобы образ зверя и говорил и действовал так, чтобы убиваем был всякий, кто не будет поклоняться образу зверя. И он сделает то, что всем, малым и великим, богатым и нищим, свободным и рабам, положено будет начертание на правую руку их или на чело их, и что никому нельзя будет ни покупать, ни продавать, кроме того, кто имеет это начертание, или имя зверя, или число имени его» (Откр. 13:11—17).

 

Характеристики образа

Выходит из земли.

Имеет два рога, подобных агнчим (Агнцем в Откровении иногда называют Христа, например, Откр. 17:14).

Говорит как дракон.

Имеет всю власть предыдущего зверя и использует ее, чтобы заставить все народы поклониться предыдущему зверю, иначе — смерть.

Творит великие знамения и чудеса, которые никто повторить не может, и тем обольщает людей.

Заставляет всех принять некую идентификацию предыдущего зверя под страхом лишения права купли-продажи чего бы то ни было.

4) Зверь, носящий блудницу-Вавилон

«И повел меня в духе в пустыню; и я увидел жену, сидящую на звере багряном, преисполненном именами богохульными, с семью головами и десятью рогами. И жена облечена была в порфиру и багряницу, украшена золотом, драгоценными камнями и жемчугом, и держала золотую чашу в руке своей, наполненную мерзостями и нечистотою блудодейства ее; и на челе ее написано имя: тайна, Вавилон великий, мать блудницам и мерзостям земным. Я видел, что жена упоена была кровью святых и кровью свидетелей Иисусовых, и видя ее, дивился удивлением великим» (Откр. 17:3—6).

Характеристики образа

Пребывает в пустыне.

Имеет цвет багряный («зверь червлен», в отличие от цвета дракона — «красный» в русском переводе или «чермен» в церковнославянском).

Имеет семь голов и десять рогов (сопоставим с двумя другими зверями, но не имеет диадим ни на главах, как дракон, ни на рогах, как зверь из моря).

Преисполнен именами богохульными.

 


 Анализ различных толкований

 

Обычно именно четвертый зверь, на котором восседает блудница-Вавилон, выступает для толкователей как бы ключом для понимания схожего с ним зверя, выходящего из моря, поскольку образ его имеет и некоторую расшифровку в тексте. Но давайте зададимся вопросом: а являются ли эти образы тождественными? И можем ли мы применять расшифровку одного образа для толкования и объяснения другого?

В Откровении даны три сходных по некоторым общим чертам зверя (по количеству голов и рогов): красный дракон — сатана, зверь из моря, зверь багряный. Но мы точно знаем, что все три не являются сатаной. Сатаной является только первый зверь — красный дракон. Следовательно, два других образа, хоть и схожие по некоторым признакам, могут быть все же разными образами, и нам не следует использовать расшифровки по одному образу для толкования другого.

Существующие мнения

Вот что пишет Ириней Лионский (130—202): «Пришествие его [антихриста] Иоанн в Откровении так изобразил: „И зверь, которого я видел, был подобен барсу; ноги у него как у медведя, а пасть у него, как пасть у льва; и дал ему дракон силу свою, и престол свой, и великую власть. И видел я, что одна из голов его как бы смертельно была ранена; но сия смертельная рана исцелилась, и дивилась вся земля, следя за зверем, и поклонились дракону, который дал власть зверю, и поклонились зверю, говоря: кто подобен зверю сему? И кто может сражаться с ним? И даны были ему уста, говорящие гордо и богохульно, и дана ему власть действовать сорок два месяца. И отверз он уста свои для хулы на Бога, чтобы хулить имя Его, и жилище Его, и живущих на небе. И дана была ему власть над всяким коленом, и народом, и языком, и племенем. И поклонились ему все живущие на земле, которых имя не написано в книге жизни у агнца, закланного от создания мира. Кто имеет уши да слышит. Кто ведет в плен, тот сам пойдет в плен; кто мечом убивает, тому самому надлежит быть убиту мечом. Здесь терпение и вера святых” (Отк. 13:2—10). Потом он говорит об оруженосце его, которого называет также лжепророком: „Он говорил как дракон, и действовал пред ним со всею властью первого зверя; и заставлял всю землю и живущих на ней поклоняться первому зверю, у которого смертельная рана исцелилась. И сделает великие знамения, так что и огонь низведет с неба на землю пред людьми, и он обольстил живущих на земле”» (Отк. 13:11—14) [3].

Итак, по мысли Иринея Лионского: дракон — сатана, зверь, выходящий из моря, — антихрист, зверь из земли с рогами подобными агнчим — лжепророк, «оруженосец» антихриста. Подобного же мнения придерживался и живший в VI веке св. Андрей Кесарийский:

Св. Андрей Кесарийский в «Толковании Апокалипсиса» (написано между 563 и 614 годами): «Иные под зверем [выходящим из моря] разумели некоторую нижайшую силу сатаны, имеющую власть над прочими демонами, а под выходящим из земли после него [с рогами подобными агнчим] — антихриста. Мефодий, Ипполит и другие принимают настоящего зверя за самого антихриста, выходящего из многомятущегося и сильно волнующегося этого житейского моря».

А относительно третьего зверя (с рогами, подобными агнчим) святитель пишет в главе с показательным названием «О лжепророке» (слово 13 глава 37): «Одни говорят, что зверь этот есть антихрист, другим думалось, что — сатана, а два рога его — антихрист и лжепророк. Если думают, что и лжепророк придет в своем лице, то не неуместным будет принять змия за сатану, зверя, выходящего из моря, — за антихриста, а зверя настоящего, по мнению блаженного Иринея, — за лжепророка» [4].

Таким образом, в толковании Андрея Кессарийского также дракон красный есть сатана, зверь из моря — либо некая сила сатаны, либо антихрист, а зверь из земли с рогами, подобными агнчим, — лжепророк. То есть, пародируя Христа во всех деталях, антихрист будет, по мнению некоторых толкователей, иметь своего предтечу: «Предтеча отступника-лже-христа волшебством и обманом будет совершать все к обольщению людей, чтобы антихриста приняли за Бога, как прославленного совершителя таковых чудес и удостоившегося несомненной славы, наподобие Крестителя, приводившего верующих к   Спасителю: ибо и ложь для прельщения людей пытается подражать истине» [4].

Живший во II веке Ипполит Римский (ок. 170 — ок. 236), оставивший нам книгу «О Христе и антихристе», соглашается с толкованием Иринея об антихристе и его лжепророке, но полагает, что образ зверя, выходящего из земли, с рогами, подобными агнчим, — это царство антихриста, а два рога его — антихрист и лжепророк: «(Апок. 13:11—18) В данном случае зверем, восходящим от земли, он называет имеющее быть царство антихриста, а под двумя рогами (разумеет) как его самого, так и лжепророка, имеющего явиться вместе с ним. Слова: роги его подобна агнчим (означают), что он желает уподобиться Сыну Божию и самого себя показывает царем». О других же зверях у Ипполита Римского нет толкований, но для объяснения времен антихриста Ипполит воспользовался образами из Ветхого Завета. А конкретно видением четырех зверей, показанных Даниилу, оставляя без рассмотрения других зверей из Апокалипсиса.

 


 Означает ли Антихриста зверь, выходящий из моря?

 

Легко увидеть, что зверь, выходящий из моря, объединяет в себе все черты зверей-царств из видения Даниила: «Зверь, которого я видел, был подобен барсу; ноги у него — как у   медведя, а пасть у него — как пасть у льва» (Откр. 13:2). Совпадает также количество голов (одна — лев, одна — медведь, четыре — барс, одна — страшный) и  количество рогов — десять у последнего зверя из видения Даниила, и десять рогов у каждого из трех зверей Апокалипсиса.

Правда, толкователи ранних веков, как было указано выше, считали, что видение Даниила обозначает четыре ветхозаветные царства: Вавилонское, Мидо-Персидское, Греческое и Римское. К такому выводу их, видимо, склоняло предыдущее толкование сна царя Навуходоносора, данное Даниилом, где именно эти царства показаны были в виде истукана (Дан. 2:1—45). Но это объяснение вряд ли уместно, так как сам Даниил различал первый сон и второе видение. Первый сон царя вавилонского он с Божией помощью растолковывает ему, используя именно эти образы. Но второе видение вызвало в нем трепет и смущение (Дан. 7:15), и потребовалось объяснение ангела. К тому же, последнее видение явно относится к последним временам, так как включает и Суд Христа над всеми народами (Дан. 7:13—14).

Данного толкования зверей-царств из видения Даниила, как царств ветхозаветных, придерживаются многие толкователи и сегодня, хотя с большей вероятностью можно предположить, что этими образами показаны царства, не современные Даниилу. О чем говорит и объединяющий четырех зверей из видения Даниила образ зверя, выходящего из моря, в видении Иоанна Богослова, явно относящийся к новозаветному времени. И если это действительно так, то образ зверя, выходящего из моря, не может означать антихриста. Антихристом следует считать образ зверя, выходящего из земли, «имеющего рога подобно агнчим», то есть стремящегося уподобиться Христу.

Если принять точку зрения, что будет еще и лжепророк, то возникает еще один важный исторический персонаж, требующий своего описания и объяснения. И вот уже, например, Даниил Сысоев говорит, что лжепророк будет выдавать себя за Мессию.

«И увидел я другого зверя, выходящего из земли; он имел два рога, подобные агнчим, и говорил как дракон» (Откр. 13, 11). Итак, мы видим, как появляется новый, третий зверь, третий член в бесовской «троице»... Лжепророк — фальшивый предтеча, фальшивый обольститель, злодей.... И третий зверь, пророк, будет выдавать себя за Мессию, он будет евреем, потомком Дана» [5].

Согласно толкованию Даниила Сысоева, лжепророк станет выдавать себя за Мессию. Логика толкователя такова: если антихрист будет выдавать себя за Бога, то лжепророк станет выдавать себя за Мессию. Но под лже-христом, лже-мессией Церковь всегда понимала именно антихриста, а не кого-то иного. Поэтому нам представляется излишним вводить еще и лжепророка — фигуру столь же значимую, чтобы ей было уделено столько же внимания в видении Иоанна Богослова, как и антихристу. Мы полагаем, что лжепророком в Откровении именуется антихрист. Он же — зверь, выходящий из земли, с рогами, подобными агнчим, — явный признак, указывающий на то, что лжепророк, лже-мессия антихрист будет пытаться убедить всех в том, что он и есть Христос. К тому же сказано, что он будет совершать многие чудеса для прельщения людей, даже низводить огонь на землю (Откр. 13:13). И это будет делать сам антихрист для того, чтобы убедить всех в своем якобы божественном достоинстве.

Зверь же, выходящий из моря, тождественный четырем зверям-царствам из видения Даниила, это не антихрист, а  нечто иное.

 

Интересен взгляд на зверя, выходящего из моря, протоиерея Сергия Булгакова: «Видение зверя созерцается тайнозрителем „на песке морском” как „выходящего из моря”.  Последнее является здесь синонимом бездны, но может обозначать в данном случае и море народное, природное человечество, взятое со стороны его плотской и душевной жизни, в этом смысле его звериности. Зверь же в данном случае, очевидно, означает государство, притом не просто в смысле государственной организации правопорядка, вспомоществующей человечеству на путях его (о чем сказано у апостола: „несть бо власть аще не от Бога” (Рим. XIII, 1), но государственности тоталитарной, притязающей стать единственно определяющим и исчерпывающим началом в человеческой жизни» [6].

Далее, протоиерей Сергий также обращает наше внимание на тождество образов Нового и Ветхого Завета: «Одному зверю Откровения соответствуют четыре больших зверя, не похожие один на другого. Первый из них „как лев”, второй — „похожий на медведя”, третий „как барс”, четвертый зверь был страшный и ужасный, который „отличен был от всех прежних зверей” (Дан. VII, 4—7). У Иоанна эти образы звериности сосредоточиваются в одном: „Зверь, которого я видел, был подобен барсу, ноги у него как у медведя, а пасть у него как пасть у льва, и дал ему дракон силу свою” (XIII, 2). Эта разница не меняет существа дела, которое состоит в том, что зверь воплощает в себе полноту звериности с разными ее сторонами и проявлениями. Зверь Откровения имеет семь голов (у Даниила это же число получается из сложения двух голов первых зверей с четырьмя головами третьего и головой четвертого: Дан. VII, 6—8)» [6].

 

В понимании протоиерея Сергия Булгакова: дракон — сатана, зверь из моря — тоталитарное государство, а зверь из земли — антихрист (он же лжепророк). Надо признать, что такое толкование наиболее гармонично объединяет ветхозаветное и новозаветное пророчества. И надо помнить слова Христа и апостолов, говоривших о том, что будет антихрист (ср. Иоан. 5:43) — «человек греха, сын погибели, беззаконник» (2 Фесс 2:3, 8), но не говоривших о ином лжепророке ни как о помощнике, ни как о предтече антихриста, ни тем более лже-мессии.

Правда, может возникнуть проблема толкования мест Апокалипсиса, где сказано о звере и лжепророке как бы о двух личностях (Откр: 16:13, 19:20, 20:10).

«И видел я выходящих из уст дракона и из уст зверя и из уст лжепророка трех духов нечистых, подобных жабам»  (Откр. 16:13).

«И схвачен был зверь и с ним лжепророк, производивший чудеса пред ним, которыми он обольстил принявших начертание зверя и поклоняющихся его изображению: оба живые брошены в озеро огненное, горящее серою» (Откр. 19:20).

«Диавол, прельщавший их, ввержен в озеро огненное и серное, где зверь и лжепророк, и будут мучиться день и ночь во веки веков» (Откр. 20:10).

 

Многие толкователи, как нам кажется, трактуя видение Иоанна Богослова, забывают о форме получения пророчества, а именно что Иоанн не придумывал образы, чтобы неким тайным языком передать потомкам важную информацию, а у него было видение, которое он записал, сам, может быть, не понимая многого из увиденного.

Вот он как говорит об этом:

«Я был в духе в день воскресный и слышал позади себя громкий голос, как бы трубный, который говорил: Я есмь Альфа и Омега, Первый и Последний; то, что видишь, напиши в книгу и пошли церквам» (Откр. 1:10—11).

В то время как из текста толкователей порой становится видно, что думают они иначе либо забывают, что Иоанн описывает не сущность событий, а видение, сущность которого, может быть, даже им не понята. Вот, например, как говорит о том протоиерей Сергий Булгаков:

«И когда он записывает и описывает ему открывшееся, он хватается за привычные образы, ищет средств передачи. Они неадекватны и неточны, но они передают самую сущность виденного и слышанного, причем гарантией является боговдохновенность описываемого» [6].

Но если мы будем помнить, что это именно видение, описанное Иоанном Богословом, то многое встанет на свои места. Иоанну показано в видении, что зверь, выходящий из моря, и лжепророк живые брошены в озеро огненное (Откр. 19:20). Значит ли это, что данные образы означают двух человек? Мы видим уничтожение двух враждебных образов: государства богоборческого (по С. Булгакову) и антихриста (лжепророка). Происходит очищение нашей земли через низвержения зверя и лжепророка в озеро огненное.

И что может означать: «зверь и лжепророк... будут мучиться день и ночь во веки веков»? Возможно, данный образ говорит о том, что ввержены в озеро огненное люди, которые вели богоборческую деятельность. А в видении Иоанна это было представлено достаточно лаконичным образом: ввержением всех зверей в огненное озеро. Ведь участь врагов Божиих — в озере огненном (Откр. 21:8).


 Опасность дословного толкования некоторых образов

 

Можно предположить, что многие толкователи считали антихристом зверя из моря еще и потому, что в Откр 13:14 говорится о зверином образе или «иконе» в славянском переводе. И образ этот к тому же будет говорить и действовать.

«И увидел я другого зверя, выходящего из земли; он имел два рога, подобные агнчим, и говорил как дракон. Он... заставляет всю землю и живущих на ней поклоняться первому зверю [выходящему из моря], у которого смертельная рана исцелела... он обольщает живущих на земле, говоря живущим на земле, чтобы они сделали образ зверя, который имеет рану от меча и жив. И дано ему было вложить дух в образ зверя, чтобы образ зверя и говорил и действовал так, чтобы убиваем был всякий, кто не будет поклоняться образу зверя» [И видех инаго зверя восходящаго от земли, и имеяше рога два, подобна агнчым, и глаголаше яко змий... и творяше землю и вся живущыя на ней поклонитися первому зверю, емуже изцелена бысть язва смертная... И льстит живущыя на земли, ради знамений, яже дана быша ему пред зверем творити, глаголя живущым на земли, сотворити образ зверю, иже имать язву оружную и жив бысть. И дано бысть ему дати дух образу зверину, да проглаголет икона зверина и сотворит, да иже аще не поклонятся образу звериному, убиени будут] (Откр. 13:11—15).

«Икона зверина» (или «образ зверя» в русском переводе) — наверняка наталкивает некоторых толкователей на мысль, что это изображение антихриста, тем более этот образ говорит и действует («проглаголет икона зверина и сотворит»). Но только если понимать видение дословно. Мы же уже рассмотрели, что образ зверя из моря тождествен четырем зверям-царствам из видения Даниила и не является личностью, соответственно его «образ» или «икона зверина» не является изображением антихриста. Мы в очередной раз сталкиваемся с опасностью дословного толкования сокровенных мест Апокалипсиса. Значит, надо понимать «образ зверя» как некий символ антихристова государства или антихристовой богоборческой силы. И следует разделять аллегорический, пророческий образ (видение) и события, которые этим образом описываются. Иначе мы получаем толкования вроде следующего:

«Рассказывают, что бесы по волшебству нередко говорили посредством изображений, статуй, деревьев, вод и прочего; может быть, даже и чрез тела умерших, как показывал это Симон-волхв перед римлянами в присутствии апостола Петра, который и обличил обман его, показав восстание мертвых, которых он воскресил сам. Поэтому нет ничего странного и в том, что предтеча и оруженосец антихриста при помощи демонов, сделав изображение зверя, ложно покажет его говорящим, прикажет избивать всех не поклоняющихся ему» [4].

Св. Викторин Петавийский при толковании пророчества о «говорящем образе» пишет, что в статую антихриста, водруженную в иерусалимском храме, «войдет падший ангел» [7]. Другие толкователи говорили о том, что статуя будет оживлена волхованием. Всё это примеры буквального понимания таинственных образов.

Точно так же слова об одной из голов зверя из моря как бы смертельно раненной («яко заколеной в смерть») и исцелевшей толкуются теми, кто считает зверя из моря антихристом, как лжечудо антихриста.

«И видел я, что одна из голов его как бы смертельно была ранена, но эта смертельная рана исцелела. И дивилась вся земля, следя за зверем, и поклонились дракону, который дал власть зверю» [И видех едину от глав его яко заколену в смерть, и язва смерти его изцеле. И чудися вся земля вслед зверя, и поклонишася змию, иже даде область зверю] (Откр. 13:3).

Даниил Сысоев пишет по поводу этого отрывка: «Есть два взаимодополняющих объяснения этого стиха. Первое, что антихрист будет как бы смертельно ранен, но исцелится силой сатаны. То есть произойдет инсценированное покушение, которое закончится мгновенным, якобы чудесным, исцелением. Это будет некий колдовской морок, наведенный на людей. Есть второе толкование, связанное с первым. Оно очень древнее — восходит к святому Иринею Лионскому, получившему его от самого Иоанна Богослова. Согласно второму толкованию, смертельная рана означает, что после этого „чуда” антихрист восстановит глобальную Римскую империю» [5].

Если понимать зверя из моря антихристом, то толкование понятно: антихрист как бы имеет смертельную рану, но чудесно исцеляется. Однако другое толкование — о восстановлении исчезнувшего государства (Римской империи) — больше подходит, если считать зверя из моря не личностью. И если мы останавливаемся на предположении, что зверь из моря — это богоборческая сила или тоталитарное государство, как считал протоиерей Сергий Булгаков, то второе объяснение оказывается ближе к истине.

Итак, мы останавливаемся на таком толковании зверей Апокалипсиса:

красный дракон — сатана;

зверь из моря — некая богоборческая сила, четыре раза максимально активизирующаяся в новозаветном периоде;

зверь из земли, с рогами подобными агнчим — антихрист (он же лжепророк).

 


 Какую богоборческую силу означает зверь, выходящий из моря?

 

Итак, зверь, выходящий из моря, представляет, по мнению протоиерея Сергия Булгакова, тоталитарное государство или некую богоборческую систему (силу). Для расшифровки данного образа мы воспользовались образами четырех зверей из пророчества Даниила. И там четко сказано, что это «четыре царства», или, иными словами, четыре всплеска богоборческой активности, должные произойти в новозаветный период. И если Даниилу показаны они по отдельности, то Иоанну они показаны в образе одного зверя.

И если зверь из моря это не антихрист, а некая богоборческая сила, то интересно рассмотреть: что же на самом деле может означать образ смертельной раны одной из голов зверя, которая чудесным для наблюдателей образом исцеляется.

 

«И видел я, что одна из голов его как бы смертельно была ранена, но эта смертельная рана исцелела» (Откр. 13:3).

 

Как было показано ранее, толкователи, предполагающие  в данном образе антихриста, считают, что он будет якобы смертельно ранен, но волхованием убедит всех в своем чудесном исцелении. Однако, если образ зверя, выходящего из моря, представляет некую богоборческую силу, то это явление более глобального свойства. Мы не беремся однозначно ответить, что здесь имеется в виду. Можно предположить, что имеется в виду исчезновение государства Израиль и возникновение его снова на карте мира в 1948 г. Хотя, конечно, суть не в государственном образовании как таковом, но в богоборческой силе, рассеянной по миру после падения Иудеи, но не исчезнувшей и не растворившейся в среде других народов, но как бы восставшей из небытия после восемнадцати веков рассеяния. Конечно, этот образ может означать иное событие, которого пока еще не было. Впрочем, образ смертельной раны и исцеления созвучен сказанному о звере, носящем блудницу-Вавилон:

 

«Зверь, которого ты видел, был, и нет его, и выйдет из бездны, и пойдет в погибель; и удивятся те из живущих на земле, имена которых не вписаны в книгу жизни от начала мира, видя, что зверь был, и нет его, и явится» (Откр. 17:8).

 

Этот образ можно сказать глобальнее, и вряд ли описывает одну нацию или одно государство, но богоборческие силы вообще. Рассмотрим этот образ подробнее.

 


 Образ блудницы-Вавилона на звере багряном

 

«И повел меня в духе в пустыню; и я увидел жену, сидящую на звере багряном, преисполненном именами богохульными, с семью головами и десятью рогами. И жена облечена была в порфиру и багряницу, украшена золотом, драгоценными камнями и жемчугом, и держала золотую чашу в руке своей, наполненную мерзостями и нечистотою блудодейства ее; и на челе ее написано имя: тайна, Вавилон великий, мать блудницам и мерзостям земным. Я видел, что жена упоена была кровью святых и кровью свидетелей Иисусовых, и видя ее, дивился удивлением великим» (Откр. 17:3—6).

 

Образ блудницы имеет имя: «тайна, Вавилон великий, мать блудницам и мерзостям земным» (Откр.17:5). Образу блудницы-Вавилона даются подробные разъяснения. Также и зверь багряный, носящий блудницу, получает наиболее пространное объяснение.

Посмотрим, что об этом образе говорят святые отцы.

 

Ипполит Римский понимал под образом блудницы Римскую империю, в которой, по его мысли, и должен воцариться антихрист. Напомним, что святитель жил во времена Римской империи.

 

Архиепископ Андрей Кесарийский: «Некоторые принимали эту блудницу за древний Рим... Мы же... думаем, что блудницей называется вообще земное царство, как бы в одном теле представляемое, или же город, который будет царствовать до пришествия антихриста. Прежний Рим лишился царской державы еще с давнего времени, разве только предположить, что прежнее достоинство снова к нему возвратится»[4]. То есть Андрей Кесарийский в VI веке не видит такого города, и склоняется к обобщению, что блудница это «вообще земное царство» или какой-то город в будущем, если такой появится.

Протоиерей Сергей Булгаков: «„Великая блудница” есть здесь общее и предварительное качественное обозначение царства зверя, civitas diabolica. Ангел обещает „показать над нею суд”» [6].

Что интересно, Сергей Булгаков в образах блудницы-Вавилона и зверя, на котором она восседает, видит до некоторой степени отождествление. То есть блудница в этом образе не может быть рассмотрена отдельно от зверя багряного, и наоборот:

«Глава XVII (вместе с XVIII) посвящена общей теме —  судьбе зверя и историческому суду Промысла Божия над ним, причем первая из них посвящена преимущественно внешнеполитическим судьбам его, вторая же культурно-экономическим. Эта мысль выражается в двойственном образе жены-блудницы, Вавилона и царства зверя, причем оба они и духовно сливаются почти до отождествления, хотя все же и различаются».

«„И увидел я жену, сидящую на звере багряном” (багряный цвет здесь символ богатства и великолепия). Здесь, как мы видим, образ жены и зверя внешне и внутренне сближаются до духовного отождествления».

«„Тайна” и здесь указует на сокровенный, символический смысл этого образа, который является общим для „жены сей и зверя”. Иными словами, здесь свидетельствуется их внешняя и внутренняя связь, духовное отождествление»[6].

 

Архиепископ Аверкий (Таушев): «Более общее толкование склонно видеть в этой блуднице, носящей имя Вавилона, всю вообще низменно-чувственную и антихристианскую культуру человечества последних времен, которую ожидает страшная всемирная катастрофа при кончине мира и втором пришествии Христовом. Падение этого „Вавилона” представляется в Апокалипсисе как первый акт победы в  мировой борьбе Церкви Христовой с греховным царством диавола» [8].

 

Православный писатель Н. Е. Пестов блудницу определяет как «Церковь, отпавшую от Христа», давая такое объяснение: «Тайна ее беззакония искусно маскировалась на протяжении веков. Но в эпоху антихриста ее нечестие достигнет своего апогея. Тогда с нее будет сорвана маска и станет очевидной измена той, Которая по своему призванию должна была бы стать Невестой Христовой» [9]. Далее он говорит о «плохих и мнимых христианах», пишет: «Это зло не вне, а внутри Церкви, как яд в крови» и т. п. Эта позиция явно взята у сектантов, которые данный образ расшифровывают как Церковь католическую, а Вавилон — как Ватикан. Это явное заблуждение, которое, оказывается, могут принять и некоторые православные толкователи.

Аналогию с Церковью видят, вероятно, потому, что образ «жены, облаченной в солнце» (Откр. 12:1) однозначно всеми трактуется как образ Церкви Христовой. А потому образ блудницы для некоторых выступает ее противоположностью. А чаша в руке блудницы выглядит как противоположность евхаристической чаши. Но Церковь — как тело Христово (1Кол. 1:24) — не может быть телом блудницы (1 Коринф. 6:15), и не может быть двух Церквей — хорошей и плохой, ибо одна Церковь (ср. Ефес. 4:5) — столп и утверждение истины (1 Тим. 3:15). К тому же мы встречаем в описании Вавилона-блудницы такие характеристики:

«Вавилон, великая блудница, сделался жилищем бесов и пристанищем всякому нечистому духу, пристанищем всякой нечистой и отвратительной птице; ибо яростным вином блудодеяния своего она напоила все народы» (Откр. 18:2).

«И в нем [духовном Вавилоне] найдена кровь пророков и святых и всех убитых на земле» (Откр. 18:24).

«Я видел, что жена упоена была кровью святых и кровью свидетелей Иисусовых» (Откр. 17:6).

Бросается в глаза всеохватность: «все народы», «всех убитых на земле». Последний раз обращаясь к заблуждению Н. Е. Пестова, заметим, что сообщество «плохих христиан или мнимых — только по форме — христиан» и Вавилон, как сообщество убийц святых, и духовный град, где найдена кровь пророков и «всех убитых на земле», невозможно совместить никоим образом. Думать так могут только сектанты, ненавидящие Церковь. Думать, но не обосновать!

Что же тогда может скрываться под образами Вавилона-блудницы и носящего ее багряного зверя, которые, по мнению протоиерея Сергия Булгакова, имеют внутреннее тождество? Напомним, что, по мнению святого Андрея Кесарийского, это «вообще земное царство». Надо понимать, что святой Андрей имеет в виду то земное царство, которое апостол Иаков называет миром, дружба с которым есть вражда против Бога:

«Прелюбодеи и прелюбодейцы! Не знаете ли, что дружба с миром есть вражда против Бога? Итак, кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу» (Иак 4:4).

И в этом смысле Христос противопоставляет себя миру:

«Вы от мира сего, а Я не от мира сего» (Иоан. 8:23).

Но мир, как творение Бога, созданный первоначально хорошо (Быт. 1:8—25), не может быть сам по себе ни убийцей, ни чем-то противным Богу. Очевидно, что под образом блудницы-Вавилона понимается определенное сообщество людей. И ангел говорит Иоанну:

«Подойди, я покажу тебе суд над великою блудницею, сидящею на водах многих» (Откр. 17:1).

И далее дается объяснение:

«И говорит мне: воды, которые ты видел, где сидит блудница, суть люди и народы, и племена и языки» (Откр. 17:15).

И это не просто народы вообще, над которым главенствует некто или нечто. Это народы либо не знающие Христа, либо враждующие с Ним и Церковью Его. Это мы понимаем по характеристике «зверя багряного», преисполненного именами богохульными (Откр. 17:3). Однако можно ли хулить Того, Кого не знаешь? Нет. К тому же о звере багряном сказано:

«Зверь, которого ты видел, был, и нет его, и выйдет из бездны, и пойдет в погибель; и удивятся те из живущих на земле, имена которых не вписаны в книгу жизни от начала мира, видя, что зверь был, и нет его, и явится» (Откр. 17:8).

Ключевые слова тут: «выйдет из бездны, и пойдет в погибель», или далее: «был, и нет его, и явится». То есть в первом случае: появится и исчезнет в бездне. А во втором случае   детализация: появился, некоторое время не был виден и снова явился, чтобы в дальнейшем погибнуть в бездне окончательно. Эти характеристики не могут относиться к народам, не знающим Христа. Так как язычники были всегда и никогда не исчезали («был, и нет его, и явится»). И тем более не из бездны вышли не знающие Христа народы, и даже вопрос о погибели язычников не решается Церковью однозначно.

Таким образом, воды, на которых сидит Вавилон-блудница, это множество людей из разных племен и народов, ведущих борьбу с Христом и Его Церковью. Это богоборческая сила всех времен. Отсюда и всеохватность в характеристиках образа: зверь и блудница обличаются «кровью пророков и  святых и всех убитых на земле».

Блудница восседает на звере (богоборческой силе), что можно понять как признак соподчиненности зверя блуднице. Блудница главенствует над зверем багряным, как всадник главенствует над лошадью.

Наверняка не случайно тайнозрителю Иоанну был показан образ, противоположный образу Церкви (жены, облаченной в солнце). То, что блудница никоим образом не может быть причислена к христианскому сообществу (католическому или протестантскому), кажется очевидным. А вот поискать противоположность Церкви, возможно, стоит. Слово «церковь» переводится как «собрание людей». По существу, это сплоченная единой верой группа единомышленников разных племен и народов. Очень может быть, блудница символизирует также некое сплоченное единой верой сообщество. Причем более сплоченное, нежели богоборческие племена и языки, обозначаемые образом «вод многих», на которых восседает блудница.

Блудница иначе именуется городом Вавилоном, а зверь багряный расшифровывается как «люди и народы, племена и языки». То есть идеологическая верхушка богоборческих сил (блудница-Вавилон) малочисленнее «вод многих» (языков, племен и народов), насколько меньшим является население города по отношению к племенам и народам. И сообщество, верховодящее в богоборческом деле, имеет все признаки церкви, но противоположные по существу. Отсюда и образ жены-блудницы, противоположный образу Жены, облаченной в   солнце. И чаша с мерзостями в руках блудницы может тоже указывать на некий извращенный характер этого сообщества, пародирующего Церковь; либо выступать дополнительным атрибутом, указывающим на идеологическую верхушку, как бы на некую богоборческую антицерковь. Хотя возможно и то, что чаша является символом опьянения блудом.

Сейчас же назвать это сообщество конкретным именем, думается, нельзя. Хотя бы потому, что это образ, проходящий через века. И отдельные его проявления сегодня могут быть лишь частями, но не целым. Откровение говорит о том, что есть силы, организованно и сознательно противящиеся     Истине и ведущие борьбу с Церковью. А также что существуют многочисленные племена и народы, поддерживающие эту антицерковь. Как сказано:

«С нею блудодействовали цари земные, и вином ее блудодеяния упивались живущие на земле» (Откр. 17:2).

В этом смысле прав Сергий Булгаков: между зверем багряным и блудницей-Вавилоном очень много тождественности. «Живущие на земле» добровольно упиваются вином ее блудодеяния: выбирают похоти мира сего, даже осознавая, что это противно Богу, и через то становятся все более и более привержены антицеркви. Блудница и зверь багряный взаимно используют друг друга. Блудница-Вавилон использует зверя багряного (народы и языки) для того, чтобы хулить Бога («зверь преисполнен именами богохульными») и вести борьбу с Церковью и христианами: «...жена упоена была кровью святых и кровью свидетелей Иисусовых». А народы упиваются вином блудодеяния этой жены, принимая все дары сатаны (Матф. 4:8, 9), становясь на путь борьбы с Богом ради славы и богатств этого мира (Иак. 4:4).

Надо отметить, что в Откровении есть два города-символа, противопоставляемых друг другу: это город Иерусалим и город Вавилон. Помимо своего буквального значения, исторических городов, они наделяются иным смыслом. Так, Иерусалим прообразует Царство Небесное, именуется «небесным градом» (Откр. 3:12, Откр. 21:2, 10). А название города «Вавилон» (др.-греч. Βαβυλών, от семитского bab-Illu) переводится с местного языка как «врата бога». Понятно, что имеется в  виду бог язычников. И как тут не вспомнить пророческие слова Христа, сказанные Петру о Церкви:

«Ты — Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» (Матф. 16:18).

Возможно, образ Вавилона из Откровения и представляет те «врата ада», которым не суждено одолеть Церковь. И если город Иерусалим в Откровении прообразует Царство Небесное, то Вавилон становится его идеологической противоположностью, царством «князя мира сего» (Иоан. 12:31), метафорическим городом, наполненном скверными, убийцами, любодеями, чародеями, идолослужителями и всеми лжецами, участь которых в озере огненном (Откр. 21:8).

Участие в делах духовного Вавилона — это путь, ведущий в погибель. Но и здесь остается возможность спасения через покаяние. К людям, которые еще способны покаяться, обращены слова:

«И услышал я иной голос с неба, говорящий: выйди от нее, народ Мой, чтобы не участвовать вам в грехах ее и не подвергнуться язвам ее» (Откр. 18:4).

Тут можно увидеть некоторые противоречия: с одной стороны, о звере багряном сказано, что он вышел из бездны и идет в погибель. В то же время его составляют люди и народы,  которые не могли выйти из бездны, и к ним-то или отдельным из них обращены слова: «выйди от нее, народ Мой».

Поэтому излишняя буквальность в толковании аллегорических образов и здесь может оказаться вредной и вести в заблуждение. Нужен до определенной степени отстраненный взгляд, нужна способность охватить все и понять сущность послания, выраженного иногда с помощью, как представляется, противоречивых образов.

Подобные противоречия можно попытаться объяснить, например, следующим образом. В погибель идет «все  нечистое» (ср. Откр. 21:27). В этом смысле зверь багряный, как образ богоборческой силы, идет в погибель. Он же вышел из бездны — как идеология сатаны, главного богоборца. А люди и народы, его составляющие, лишь прельщены. И потому могут через покаяние выйти из этого духовного Вавилона. И говоря: «Мой народ», голос с Неба свидетельствует, что среди прельщенных есть не только язычники. Но может быть и другое объяснение: например, что только став христианами, можно выйти из этого духовного Вавилона. То есть Бог призывает становиться народом Божиим, и через это выходить из духовного Вавилона. Может быть, обращение «народ Мой» является обращением к евреям.

 

Обратим внимание на то, что святые отцы старались излишне не углубляться в детальное толкование образов, которые были, есть и, возможно, еще долго будут оставаться до определенной степени сокровенными. Поэтому церковные толкователи часто оставляют многие детали без объяснения: как семь гор, на которых сидит жена, или что значит:

«И зверь, который был и которого нет, есть восьмой, и из числа семи, и пойдет в погибель» (Откр. 17:11).

Что (или кого) обозначают десять рогов этого зверя и семь голов, что значит число зверя — 666 и т. п. Хотя именно подобным углубленным изучением деталей и толкованием их грешат разные сектанты. Потому мы не беремся трактовать многие образы, которые, возможно, еще не открылись или не могут быть поняты нашим поколением.

 

Источники:

1. «Библия сиреч книги Священнаго Писания»(3т) // репринтное издание Саввино-Сторожевский монастырь Оформление: «Правило веры»М., 1999
2. «Библия книги священного писания Ветхого и Нового Завета»канонические В русском переводе с параллельными местами, 1991
3. Ириней Лионский «Против ересей (Обличение и опровержение лжеименного знания), V 25-36 Гл. XXVIII. О различии праведных и нечестивых; о будущем отступничестве при антихристе и конце мира»]
4. Андрей Кесарийский «Толкование на Апокалипсис Святого Иоанна Богослова»
5. Даниил Сысоев «Толкование на Апокалипсис» Миссионерский центр им. иерея Даниила Сысоева, 2011 стр. 188-189
6. Булгаков С.Н «Апокалипсис Иоанна» Париж, 1948
7. Victorin de Poetоvio. Sur l’Apocalypse et autres ecrits. Paris, 1997, р.108 (Sources chretiennes, 423).
8. Ариепископ Аверкий (Таушев). Апокалипсис: Или Откровения святого Иоанна Богослова, М.: Библиотека Сербского Креста, 2006
9. Пестов Н.Е. «Размышления над Апокалипсисом» православное братство святого Иоанна Богослова, 2011



счетчик посетителей сайта